Заметки антрополога
Пошёл за пивом (как всегда, одной банки не хватило), сзади меня в очереди стоит девчонка лет 20-ти. У неё зазвонил мобильный, явно дружок звонит.
Ледяным и командным тоном:
- ДА! Я на кассе уже, ЧТО надо?
Так эсэсовцы в концлагерях не разговаривали. Думаю, даже у них были более человеческие интонации.
Меня пробрала ледяная дрожь, хоть эта девчонка и не светит мне ни при каких обстоятельствах (и хорошо). Недаром я всегда их боялся до ужаса - но сейчас они стали ещё хуже, чем были во времена моей юности.
Что-то сломалось в России, начиная с женщин.
Ледяным и командным тоном:
- ДА! Я на кассе уже, ЧТО надо?
Так эсэсовцы в концлагерях не разговаривали. Думаю, даже у них были более человеческие интонации.
Меня пробрала ледяная дрожь, хоть эта девчонка и не светит мне ни при каких обстоятельствах (и хорошо). Недаром я всегда их боялся до ужаса - но сейчас они стали ещё хуже, чем были во времена моей юности.
Что-то сломалось в России, начиная с женщин.